
В среду в АмГУ состоялась публичная лекция профессора университета иностранных языков Пекина Ли Иннань. Она рассказала студентам о российско-китайских отношениях в ХХ веке в контексте истории русско-китайской семьи. Далеко за примером такой семьи идти профессору не пришлось, поскольку она именно в такой и выросла. Ли Иннань - дочь известной русистки Елизаветы Павловны Кишкиной и китайского революционера Ли Лисаня, который стоял у истоков Компартии Китая.
Бунтарский характер
- Мой отец родился в 1899 году. Еще в детстве он был беспокойным ребенком, у него был бунтарский характер. Это не нравилось его отцу, приверженцу старых порядков и конфуцианской морали. В юности, в 1919 году, Ли Лисань участвовал в движении за поездку на учебу во Францию. В наши дни молодежь тоже ездит и в Америку, и во Францию, и в прочие страны мира. Но тогда это было немного по-другому. Это движение за учебу во Франции шло под лозунгом «Учиться и работать». Дело в том, что Китай тогда был бедной страной, находившейся в глубоком экономическом кризисе. У большинства просто не было денег, чтобы послать детей учиться за границу. Так было во многих семьях. Это с одной стороны. С другой - после Первой мировой войны Европа, и в частности Франция, нуждалась в рабочей силе. Нужно было восстанавливать экономику, а многие молодые мужчины погибли. И тогда кто-то придумал такой способ привлечь китайцев на работу на французских заводах. Предполагалось, что они будут там бесплатно учиться и отрабатывать своим трудом на французских предприятиях.
Однако, вопреки надеждам французов, к ним поехали не рабочие, а молодые люди, которые мечтали получить высшее образование. Среди них был и мой отец. Во Франции он работал на сталелитейном заводе и там от своего наставника почерпнул социалистические идеи. Когда мечты молодых китайцев о получении высшего образования не оправдались, начались протестные движения. За участие в протестном движении Ли Лисаня депортировали из Франции в 1921 году.
1 июня 1921 года, пока мой отец еще был во Франции, в Шанхае состоялся первый съезд Коммунистической партии Китая (КПК), организованный представителями Коминтерна из СССР. Ли Лисань прибыл в Шанхай в октябре и стал членом КПК. На Советский Союз в Китае тогда смотрели как на старшего брата.
Не согласился со Сталиным
- В 1927 году китайская революция терпела провал за провалом. Поэтому шестой съезд КПК проходил в Москве. Отцу пришлось добираться туда тайно, через границу их перевозили группами на телегах с соломой. Им помогали сочувствующие русские под видом возчиков. Был такой условный знак: отцу выдали две разломанные спички, и нужно было найти возчика, у которого были вторые половинки. Если половинки спичек совпадут, значит, это свой.
Шестым съездом КПК руководил Сталин. Он начал развивать мысль о том, что для Китая и для всего мира сейчас исходит опасность от Великобритании. А мой отец посмел возразить и сказал, что, на его взгляд, сейчас важно обратить внимание на Соединенные Штаты, потому что они сейчас активны в Китае и стараются стать во главе империалистического лагеря. В то время человек, посмевший возразить Сталину, должен был обладать определенной смелостью. Может быть, поэтому Сталину и другим руководителям Коминтерна это запомнилось, и это было очко не в пользу моего отца.
Соловьев в Китае нет
- Моя мать родилась в 1914 году в родовой усадьбе Кишкиных, это очень далеко от Китая, в Саратовской губернии. А впервые о Китае она узнала из сказки Андерсена «Соловей», которая ей очень нравилась. Правда, потом Елизавета Павловна узнала, что соловьев в Китае вообще нет.
Если вы найдете старые выпуски журнала «Огонек», то увидите там много материалов о Китае. Его выписывал мой дядя, старший брат мамы. Она тогда была еще девочкой, но любила рассматривать там фотографии. На одном из снимков был изображен мой отец, он выступал перед рабочими. Мама вспоминала, что эта фотография ей очень запомнилась, потому что она была какой-то необычной. Она даже запомнила, что этого человека зовут Ли Лисань. Так состоялось ее первое знакомство с моим отцом. В то время они были еще очень далеко друг от друга.
…Реальная же их встреча произошла намного позже, в гостях у знакомых. И встреча эта была не совсем случайной. Дело в том, что Елизавета Павловна, когда жила и работала на Дальнем Востоке, познакомилась с несколькими девушками, которые вышли замуж за китайцев. Муж одной из них, по-русски его звали Коля Васильев, был знаком с Ли Лисанем. В то время он жил в Москве, и ему там приходилось несладко, поскольку его политическая карьера пошла на спад, его считали оппортунистом, страшно ругали за «антикоминтерновскую линию». Китаянки его боялись, вот знакомые и решили познакомить его с русской девушкой. Правда, не с Елизаветой, а с ее подругой Клавой. Она была эффектной зеленоглазой блондинкой, а моя мама была пониже ростом и чувствовала себя рядом с ней немного дурнушкой. Однако из них двоих Ли Лисань заинтересовался именно Елизаветой - живой и веселой девушкой. Ей тогда было всего 19 лет, а отцу уже 33 года.

«Лиза, ты молодец»
- В 30-е годы произошел надлом политической карьеры отца. Начались определенные разногласия между руководством КПК и руководством Коминтерна. В СССР в то время началась активная борьба с кулачеством, того же Коминтерн требовал и от Китая. Однако Ли Лисань посчитал, что в Китае так поступать нельзя.
Получилось так, что один из лидеров партии прекрасный дипломат Чжоу Эньлай поехал в Москву, а Ли Лисань остался в Шанхае «на хозяйстве». И здесь, видимо, сказался его неспокойный характер - он решил, что победа революции по всему Китаю не за горами, стоит только китайской Красной армии выступить и поднажать, а Союз поддержит. Больше того, отец не хотел советоваться с Москвой по этому поводу. «Сначала возьмем Ухань, а потом будем разговаривать с Коминтерном!» - заявил он. Однако Сталин не собирался его поддерживать и вводить армию в Китай. Отец впоследствии очень переживал, что из-за его необдуманной политики многие погибли.
В итоге Ли Лисаня вызвали в Москву «на ковер», где он должен был каяться за «антикоминтерновскую линию». Здесь он задержался на долгие 15 лет и встретил маму. Первые два года их совместной жизни прошли спокойно, они жили в гостинице «Люкс» в маленькой комнатке размером 10 квадратных метров. Мама поступила в институт, хотела изучать китайский или английский язык, но ее направили на отделение французского языка. Ли Лисань мечтал вернуться в Китай, но его не отпускали. Все изменилось в феврале 1938 года, когда отца арестовали и увезли на Лубянку.
Мама даже не знала, что с ним. Ей все говорили, чтобы не ждала его, что он вряд ли вернется. Она проявила стойкость и не отказалась от мужа - иностранца и «врага народа». В институте на комсомольском собрании родственники арестованных должны были публично отречься от них. Но мама этого не сделала, заявив, что прожила с мужем два года и не верит, что он «враг народа». Она положила свой комсомольский билет на стол и ушла под гробовое молчание. На следующий день она пришла, как обычно, на занятия - и кто-то сунул ей записку: «Лиза, ты молодец». Мама начала ходить по тюрьмам, искать отца... И в конце концов нашла.
Переезд в Китай
- Отца выпустили в ноябре 1939 года. Он вернулся на работу в издательство, правда, занимать там какие-то руководящие должности уже не мог и работал переводчиком. В 1941 году началась Великая Отечественная война. Ли Лисань хотел пойти на фронт, но его не взяли. Он остался в Москве, рыл окопы и выполнял другую работу, которая могла помочь фронту.
Вернуться в Китай революционеру разрешили только после войны - в декабре 1945 года он получил такой новогодний подарок. Уезжал он в начале 1946 года, обещая жене, что обязательно перевезет туда и ее. Надежды на это было мало, ведь тогда выехать из Союза было сложно: китайцы, возвращавшиеся на родину, не могли брать с собой своих русских жен. Однако Елизавету все-таки отпустили к мужу в октябре 1946 года.
Политическая карьера отца снова пошла в году, и хотя прежних высот он уже не достиг, но работал министром труда и руководителем профсоюзов. В 1949 году семья переехала в Пекин. Тогда все жили очень просто. Однажды отец повел нас знакомиться с Мао Цзэдуном, сам он был знаком с ним уже давно. Мне тогда было шесть лет. Мао Цзэдун тогда показался мне просто огромным - он и так был высоким, так еще и был одет в ватник, ватные штаны. Он взял маму за руку, начал ее трясти и повторял: «Хороший товарищ!»
«Благодарна отцу за русский язык»
- Сам долгое время проживший в чужой для него стране, Ли Лисань понимал, что жене на первых порах будет сложно адаптироваться в Китае. Поэтому дом он полностью отдал ей, чтобы она устроила их быт так, как ей будет удобно. Мама сохранила традиции своей родины, даже русский Новый год мы отмечали с большим размахом, чем китайский.
Когда пришла пора нам с сестрой получать образование, мама очень хотела, чтобы мы пошли в русскую школу. Отец возражать не стал. Я очень признательна ему за это, ведь благодаря обучению в этой школе я прекрасно знаю русский язык. А ведь были в то время в русско-китайских семьях отцы, которые этого не хотели.
КСТАТИ
Ли Иннань прочитает в АмГУ еще две лекции - «Китайский менталитет и традиции общения» (16 мая в 11.35) и «Российская духовная миссия в Пекине» (17 мая в 9.55).